Александр Мирер. Главный полдень -
37 >
"посредника" уже вели себя во дворе как хозяева. Степку шуганули с ящиков, у
сарая поставили милиционера. Тогда Степка догадался забежать в соседний двор
и стал искать дырку в задней стене. Повезло! Сарай был щелястый. Широкая
щель нашлась рядом с "посредником".
Степка сменил позицию как раз тогда, когда я в тире рассказывал Суру об
утренних чудесах. Вот почему я это понял: первыми Степан увидел в сарае
начальника почты и Вячеслава Борисовича, научного сотрудника с телескопа.
Вячеслав Борисович сердился и говорил раздраженно-вежливо:
- Не заходит ли шутка слишком далеко? Звонят о письме, потом говорят:
ошибка... Почему вы храните мою посылку в этом бедламе?
- Исключительно для скорости, товарищ Портнов...
Они подходили к "посреднику".
- Не споткнитесь... Сейчас подъедет ваш водитель...
Готово! - Он схватился за сердце, бедный веселый человек. Постоял, как
будто размышляя о чем-то, и спросил:
- Это красивая местность? Нелепо...
- Что делать, - сказал почтарь. - Вот и автобус.
- Где Угол третий?
- Ты прошел мимо него - гитарист Федор Киселев.
- А, удачно! Зову водителя. Связью снабдит Киселев?
Почтарь кивнул. Вячеслав Борисович вышел и вернулся с водителем
автобуса...
Степка говорит, что Вячеслав Борисович оставался на вид таким же
веселым и обаятельным, а остальные обращались с ним почтительно и звали его
"Угол одиннадцать".
Да, Степке было о чем рассказать! Одним из последних явился Павел
Остапович Рубченко. Он говорил сердитым, начальственным басом:
- Отлучиться нельзя на полчаса! Паноптикум! Что здесь творится, товарищ
дежурный?
- Чудо природы, товарищ капитан! - отрапортовал дежурный. - Вот, у
задней стенки!
Капитан шагнул вперед, присматриваясь в полутьме... Ну и ясно, чем это