Александр Мирер. Главный полдень -
45 >
по-настоящему?
Я сказал.
- Армяне - хороший народ... Но подумай - никого не обгоняем, уже восемь
километров проехали!
Я возразил, что обгоняли многих. Анна Егоровна объяснила, что все эти
грузовики идут по окрестным деревням, а в райцентр или на железную дорогу
никто не едет. Откуда она знает? Водительский глаз. Она тридцать лет ездит,
с войны.
Так мы разговаривали, и вдруг она сказала:
- Ложись и закрой глаза. Дыши ртом, глаза не открывай. Приехали,
кажется...
- Глаза для чего?
- Для больного вида.
"Уй-ди, ох, уй-ди..." - выговаривал гудок. Потом провизжали тормоза, и
Анна Егоровна крикнула:
- Попутных не беру - инфекционный больной!
Ответил мужской голос:
- Проезд закрыт. На дороге авария.
- Я объеду. Ребенок в тяжелом состоянии.
- Проезд закрыт до семнадцати часов.
Вмешался второй мужской голос:
- Извините, доктор, - служба. Мы бы с милым сердцем пропустили, так
начальство нас не помилует...
Первый голос:
- Что разговаривать, возвращайтесь! В Тугарине хорошая больница. Пока
проговорите, мальчишка и помрет.
Анна Егоровна:
- Покажите ваше удостоверение, сержант. Я должна знать, на кого
жаловаться в область.
Второй голос:
- Пожалуйста, пожалуйста! Мы бы с милым сердцем!
Новый мужской голос:
- Доктор, не подхватите до города? Они меня задержали, и мое моточудо
испортилось от злости.
- Не могу, голубчик... - флегматично проговорил бас Анны Егоровны. - У
меня больной. Жиклер продуйте... Сержант, гарантирую вам взыскание.
Кто-то отошел от нашего "Москвича" - стало светлее. Тогда третий голос
зашептал:
- Доктор, я знаю объезд через Березовое... В район требуется, хоть
вешайся... Возьмите, я иммунный.
- А машину бросите?
