Александр Мирер. Главный полдень -
91 >
практическое.
- А, практическое? Дай знать в Москву, в Министерство обороны. Без
этого все прочее бессмысленно. Пусть шевелятся, если еще не поздно. Если
"зеленые" расползлись, не поможет и эйч-бамб...
После этого странного слова опять наступило молчание. Потом инженер
умоляюще проговорил:
- Мить, я один не справлюсь.
- Я тут не игрок... Почему? Ты считаешься обработанным, а я - нет.
Больше скажу. - Благоволин безмятежно улыбался. - Из соображений конспирации
тебе следовало бы меня убрать, а?
- Не болтай!
- Почему же? Я посвящен в твои планы и, если меня обработают -
завербуют, так сказать, - предупрежу. Потому я и знать не хочу, как ты
намереваешься поступать. Кстати... радиолюбителя знакомого у тебя нет?
Езжай-ка лучше к нему и связывайся с Москвой. А я...
В глазах Вячеслава Борисовича что-то мелькнуло, и он неопределенно
повел плечами. А Степка совсем растерялся. Только что он сидел и с блаженным
чувством спокойствия смотрел на спину Благоволина - она была как стена, она
была могучая и надежная, - и вдруг эти слова:
"Тебе следовало бы меня убрать"!
Он ужаснулся. Вот почему Вячеслав Борисович заставляет его разыгрывать
перед Митей "девочку Машу"... Вот почему молчит об инструкции, написанной в
кабинете... Он с самого начала помнил, что Митю могут обработать и он
предупредит пришельцев о Степкином специальном задании!
Степка отвернулся от всего этого и стал думать о своем. Эйч-бамб...
где-то он слышал... Странное слово какое. Он смотрел в окно и не мог думать.
Митя говорил:
- Я постараюсь подольше не попадаться.
- Может, пистолет?
- Тебе он нужней, Слава. Я по живому не выстрелю.
- Сейчас надо принципы в сторону.
- А! Мои принципы: хочу - выполняю, хочу - нет? Эх, Портняжка... Но ты