Александр Мирер. У меня девять жизней -
109 >
Пальцы разогни.
Он увидел. Внутри его глаз побежали маленькие цветные фигурки,
куколки. Он попробовал разглядеть их - они замедлили движение и
приблизились. Малоголовые!
- Ты видишь, - пропело извне.
Малоголовые работали. Вскрикивали, когда острые брызги кремня
вонзались в кожу. Отбрасывали каменный желвак и находили его, будто он
новый, не тот, что ранит. Дымил крошечный костерик. Вчерашняя женщина
сидела у огня и прижимала к груди крошечного безволосого детеныша...
- Как ты делаешь это? - спросил Колька.
Изображение свернулось в радужный комок и ушло в сторону.
- Освободи мышцы. Опусти голову. Смотри. Это прошлое.
- Спрашивал я о будущем, Великая....
- Кто же думает о будущем, не познав прошлого? - насмешливо спросил
голос извне. - Смотри!
Цветной комок всплыл под веки. Развернулся. Теперь Колька был
невидимым участником действия, соглядатаем. Он проходил по закоулкам пещер
и по охотничьим тропинкам. Он видел, как малоголовые охотятся, убивают,
выкапывают коренья, умирают, делают орудия, родят детенышей, убивают,
выскабливают шкуры, выкусывают насекомых друг у друга, сражаются, умирают.
Они жили так недолго и умирали так часто, что Колька устал смотреть на
это. И они совсем не изменяли ничего. У них остановившееся время, как у
акул, думал Колька. У акул, которые не изменились за триста миллионов лет,
лишь стали помельче. Он положил рядом два каменных рубила, разделенных
неимоверно длительным временем, и понял, что они одинаковы.
Он еще чувствовал в ладонях холод обтесанных камней, а щеки стягивал
жар каменного очага - Нарана что-то пропела, дунул свежий, степной ветер,
и Николай увидел скотоводов. Казалось, они были такие же, как жители
пещер. Низкорослые, сутулые, с косолапыми кривоватыми ногами, чуть более