Александр Мирер. У меня девять жизней -
62 >
траве.
Из-за того, что он не разомкнул цепь автостарта. Вот и все. Он
виноват сам.
Вторая жизнь зашевелилась вокруг него. Тонкая девушка подошла и взяла
его за плечо. "Ты опалишь ноги", - произнес кто-то на чужом языке, это был
он сам, Колька Карпов, в своей второй жизни. "Да, трава горячая, -
ответила девушка. - Они улетели совсем?" Он опустил голову. "Пойдем на
Пост, Колия?" Он стоял. Никто больше к нему не подходил. Охотники повели
загнанных Птиц по просеке.
Да, вот что ему осталось - яма в рыжей глине. Но уже шевелилась и
сыпалась земля под ногами - кроты принялись за работу. Час, другой - и
следа не останется. Зарастет травою. Прощайте.
Девушка стояла рядом с ним, переступала - горячо. "Пойдем, Нанои".
Колька вынес ее на траву. Она держалась за шею нежными, шершавыми руками.
Шея обгорела, пойдут волдыри. Он опустил девушку и пошел в лес. Потом, все
потом, сейчас надо быть одному.
На просеке Охотники тренировались в стрельбе - в дом залетела стрела
с тупым наконечником. Николай Карпов подобрал ее, вырезал три зарубки, по
числу дней, подпрыгнул и оставил стрелу висеть в потолке. Он видел себя,
будто нарисованным на иллюстрации в книге - подпрыгивает, вешает стрелу с
зарубками.
От _т_о_й_ жизни у Николая осталось: башмаки с шерстяными носками,
пистолет, навощенный коробок спичек, складной ножик - малое лезвие
переточено на отвертку. Одежда сгорела на баросфере. Еще часы. Судорожно
тикали на гибком металлическом браслете. Шмякнуть бы их о дерево, чтобы не
тикали... На десять, на десять, на _д_е_с_я_т_ь_ секунд он опоздал.
...Первую ночь он проспал похмельным сном. После Нараны, разговоров,
нардиков, человека с черным жуком, черной мглы, качающейся под крыльями.
