Александр Мирер. У меня девять жизней -
79 >
- Последняя.
- Адвеста, я дюжину дюжин раз виноват перед тобой, - произнес он
твердым голосом. - Но реку времени не повернешь к истокам.
- Да, подловил ты меня, охотничек, - беззлобно сказал Николай. -
Подловил, конечно.
Ему все-таки стало не по себе. С какой стати Ахука лез в их дела,
задерживал, суетился? "Врезать бы тебе, как доктор прописал", - подумал
Колька, но сердиться не было духа. Он спросил:
- А где твоя обезьяна?
Наблюдающий небо передернулся, будто его укусили. Он сильно похудел
за последние дни - нос торчал на узком клине лица, глаза стали по кулаку
каждый.
- Так умер, Адвеста. Я пришел с делом. Ты нужен Равновесию.
- Это мы слышали, - сказал Колька. - Теперь можно поговорить, м-да...
- Я дюжину дюжин раз виноват перед тобою, - повторил Ахука.
Было видно, что он ни капли не раскаивается, и, повернись "река
времени" вспять, он снова принялся бы за свое.
Николай совсем развеселился.
- Равновесию угрожает гибель, - продолжал Наблюдающий небо без
малейшего пафоса. - Вы очень, очень вовремя появились, друг Адвеста.
"Ну, ты у меня не отвертишься", - подумал Николай и сказал:
- Как же я могу помочь, друг Ахука? Я - в чужом Равновесии, я даже не
знаю ничего о Наранах...
Наблюдающий небо вскинул брови - Колька подумал: "Начинается". Но
Ахука помигал, соображая, и ответил без уверток:
- Великие? Мозг, ничего более.
Он заметил Колькино удивление и пояснил:
- Понимаю! В железном Равновесии Нарана должна выглядеть совсем
иначе. О Памяти мы еще поговорим. Слушай меня, Адвеста: наше Равновесие
нарушено. Помоги нам, научи нас железным наукам...
Николай оторопел. Закашлялся, чтобы скрыть изумление. Он-то хорошо
помнил Заповедь Границы и то, что Ахука удержал его вопреки всем, вопреки