Александр Мирер. У меня девять жизней -
81 >
Равновесию, как круговые волны по воде.
- Равновесие не может благоденствовать без Великих, - говорил Ахука.
- Только Великим ведомы все цепочки и все звенья всех цепочек. Человеку не
по разуму такое.
- Погоди, - сказал Николай. - Я чего-то не понимаю... Ну, будут крысы
меньше ростом. Ну, съедят не то, а другое. Что тогда случится?
Он снова удивился - Ахука обрадовался такому вопросу. Улыбнулся,
хлопнул себя по коленям:
- Э-а, ты - железный Головастый! Что случится? Мало будет пищи,
одежды, листьев ниу, - он засмеялся. - Наше Равновесие тем и отлично от
вашего, что в нем нельзя тронуть часть, не зацепив целого.
- Как ты можешь судить о нашем Равновесии?
- Железо, - сказал Ахука. - Железо безразлично, оно мертвое... - Он
вдруг вскочил. - Завтра я приду снова, Адвеста. Попроси у Врачей
раздвоения.
Колька остался один, и прежде чем пойти в лечилище к Нанои, заставил
себя мысленно проконспектировать весь разговор. Ему было обидно, - не смог
сам догадаться, что производственная система, составленная только из живых
существ, должна быть феноменально сложной и потому - уязвимой. Без сети
решающих устройств она жить не может, конечно...
Только слишком уж много воли забрали их "решающие устройства" - даже
жутко делается. Определенно - жутко. От этих наран стоит держаться
подальше...
Он дал пинка плосковатой крысе, подобравшейся слишком близко к его
подошвам - держись подальше от царя природы. Подумал, не повлияет ли пинок
на Равновесие. Усмехнулся. Может, и жуть потому, что есть другой кандидат
в цари природы? А они здесь неплохо устроены, раджаны... Либо ученые, либо
искусством занимаются, не то что у нас. Пока у нас коммунизма нету. И
машин таких нет, чтобы смогли все наше равновесие охватить анализом. А у