Александр Мирер. У меня девять жизней -
82 >
них есть живые машины. Хорошо это? Хорошо. Что ж ты пыхтишь, Свисток? Не знаешь? Ну, то-то..."Почему ты полюбила меня?" - "Полюбила". - "Но почему - меня?" - "Потому что тебя. Ты рыжий, как мой Уртам". Была их вторая ночь, и в доме было так тихо, как никогда не бывает, как не бывает вообще. Он открывал глаза в сумрачный тлеющий свет зеленых стен. Свет вытекал из листьев и, наполнив дом, уходил наружу, в лес, как теплый воздух на мороз. Николай засыпал и во сне видел, что его вызвали к Наране отвечать, будто в школе к доске. Просыпался - Мин была рядом. Лежала, смотрела на него. Когда урок приснился в третий раз, Николай спросил, как Великая смогла научить их языку за один день. "Как нас научает языку Памяти во время Воспитания, так и тебя. Одинаково". - "Но как она учит?" Мин вздохнула, не ответила. Дыхание ее было свежее, без сонной замедленности. "Ты не спала, маленькая?" - "Нет. Мы спим меньше, чем вы". - "Женщины?" - "Ты спи, Адвеста. Раджаны спят меньше, чем лью-ди". - "Почему?" - "С раздвоением спят меньше". - "Что же вы делаете ночью?" - "Песни поем, говорим с Нараной. Работаем". Он лежал в сонном оцепенении, ощущая тяжесть ее головы на своем плече. "В воспиталище я часто думала о Наранах. Выросла и перестала думать". Прошуршало что-то в траве. Он прислушался - стихло. Крыса. Тиканья часов не слышно, забыл завести. И о часах никто не спрашивал. Не поинтересовался. Даже Ахука. Господи, что вы за люди такие? - Мин... А Воспитатели знают, как Нарана учит речи? - Воспитатели - нет. Помогают Великой. Повторяют на раджана ее пение... Как учит - не знают, нет... Вот такая я была, - она вытянула тонкую руку над полом, - совсем маленькая, в воспиталище, во-от такая и