Александр Исаакович Мирер. Субмарина "Голубой кит" -
109 >
прожилками. Стены казались серо-голубыми. Длинные стены были плоскими, как
любые домашние перегородки, а короткие -- изогнутыми, наклонными, как на
чердаке, только сходились они не вверх, а вниз. В общем, потолок был
длиннее пола. Катя вспомнила шестой рисунок Игоря и решила, что помещение
находится в нижней части подводной лодки. По наклонным стенам тянулись
трубы с циферблатами и медными начищенными частями, в одной прямой стене
имелась овальная дверь с крестообразным затвором. Катя подошла, потрогала
дверь -- заперто. Тогда она подошла к стене напротив.
Вдоль всей стены размещались приборы. Катю никогда не занимали
современные приборы, упрятанные в глухие, красиво отделанные ящики. Ей
казалось, что у настоящего электрического прибора должны быть "все кишочки
наружу", как в школьном классе радиотехники или в радиостанции Игоря.
Здесь, на длинном пластмассовом столе, красовались самые причудливые
комбинации из проводов, медных и иных трубочек, маленьких трансформаторов
и прочих любопытных вещей. Катя даже улыбнулась, так был похож этот
беспорядок на радиостанцию Квадратика. "Что-то он теперь делает?" --
подумала девочка, рассматривая причудливые приборы и фасонные медные
краники.
На свободном куске стола лежал окурок сигареты и кусок шоколадной
плитки -- в золотой тисненой бумаге. Край шоколада торчал наружу. В плитке
оставалось довольно много, больше половины, и она была толстая. Время
обеда уже давно прошло. Катя, подумав, взяла шоколадку и разломила, уделив
Паньке довольно большую дольку. Если сравнить с человеческими пропорциями,
то мышонку достался кусок размером с портфель. Шоколад был тонкого вкуса,
недаром его заворачивали не в серебряную, а в золотую бумажку, -- так
решила Катя.