Александр Исаакович Мирер. Субмарина "Голубой кит" -
179 >
канаты за углы ковра. Хобот качнулся и перенес Мака вместе с ковром в
плавательный бассейн во двор. Вездесущий начальник Проблемного отдела
успел засыпать в бассейн два килограмма поваренной соли, хлористого магния
и чего-то еще. Катушки магнитофона все крутились, и мигал зеленый
"магический глаз" -- Мак продолжал свои несвязные речи, жаловался, что вода
холодная, и требовал похвал от командира. Бассейн огораживали досками:
грохотали молотки за окном, перекликались рабочие. Всему персоналу
лаборатории принесли ужин из столовой. Словом, все были при деле, кроме
Якова Ивановича и Игоря. Они сидели на одном стуле и ждали, когда наконец
московский начальник распутает телефонную паутину и доберется до нужных
людей.
Больше ничего нельзя было поделать. Ничего!
Они сидели рядом и думали об одном и том же. Есть ли надежда, что
Катя на подводной лодке. Они ведь ничего не знали, совершенно ничего,
кроме Катиного рассказа. Оба они пытались не думать о самом плохом -- что
она попала в воду. Посреди океана. Но что делать, что делать? Они сидели и
ждали.
Чтобы не мешать москвичу своим отчаянным взглядом, Яков Иванович
устроился с Игорем поодаль от телефона. Изредка подбегал академик и
спрашивал:
-- Ну как, Яшенька?
-- Все так же, Михась, -- отвечал профессор.
Тогда академик похлопывал Игоря по затылку и уходил.
По третьему разу Квадратик спрятал голову. Тут же ему стало неловко.
И он пробормотал, окая:
-- Булавочку-то возьмите. Подле двери на стуле.
Больше академик к ним не подходил.
В шесть часов вечера москвич положил телефонную трубку и потянулся
всем телом. На стук трубки из зала подбежали теоретики, встали за спиной
Якова Ивановича.
-- Ну-с, докладываю, товарищи! -- Москвич совсем охрип за последние