Александр Исаакович Мирер. Субмарина "Голубой кит" -
209 >
Катя.
-- Спасибо тебе большое, Катя! -- с чувством поблагодарил Митя Садов. --
Какой вот из них Панька... одинаковые, как перышки.
Катя быстро перевела разговор:
-- А как баба Таня? Сердится? Ой, неужели сегодня только понедельник?
Мам, а мам, бабушка очень сердится?
-- Вы с папой, -- зловещим голосом начала мама, -- вы с папой скоро
бабушку в гроб загоните...
У Якова Ивановича, сидящего рядом с шофером, плечи полезли вверх.
Пришлось снова переводить разговор на другую тему.
-- Пап, мальчики! -- принялась болтать Катя. -- Знаете, кто меня до
Москвы довез? Настоящий капитан первого ранга, прямо -- морской волк, с
золотыми погонами... Он сначала думал, что я -- псих!..
Шофер Анатолий негодующе свистнул.
-- Ну-у, потом мы с ним подружились. В большом самолете он мне песни
пел, только не морские. Вот: "Среди лесо-ов дремучих... разбо-ойнички
и-идут. В сва-их руках мо-огу-у-чих това-рища несут..." -- пропела Катя.
Отец съехидничал:
-- Медведь на ушко наступил и даже не заметил.
Катя, обескураженная, замолчала. Она думала: все накинутся с
вопросами -- только успевай рассказывать. Ничего подобного... Папа как
уселся в машину -- один раз всего обернулся, только поднимал плечи и
смотрел на дорогу. Мама то улыбалась, то вздыхала. Игорь окаменел из
деликатности, а Митя занимался мышами Панькой и Манькой так упорно, что
хотелось забрать их назад. Если он и заподозрил подмену, то вида не
показывал.
Катя огорчалась напрасно. Все очень переволновались из-за нее и
сейчас приходили в себя и отдыхали. Взрослые, кроме того, предвидели, что
ее рассказ займет не один час, и собирались послушать его в спокойной
обстановке. Так, им казалось, вернее. А на самом деле, они молчали от