Александр Мирер. Дом скитальцев -
99 >
проговорил:
- Веко!
Раненому приподняли веко, и хирург посмотрел зрачок. Глаза самого
профессора были лишены ресниц, воспалены и свирепы. Он фыркнул, повел маской
и приказал:
- Готовьте челюсть. Руки. Все готовьте! Ира! Позвони _м_о_е_й_. Скажи,
_с_а_м_ обедать не придет. Скажи, апостола режет...
"Резал" Иван Иванович до ночи - пациент упорно дышал, и сердце
действительно работало как насос. Утром же профессор, едва вошел,
осведомился - жив ли оперированный. Оказалось, жив... Ямщиков отправился в
бокс, пофыркал и вдруг приказал:
- Ира! Швы смотреть!
- Где, Ван-Ваныч?
- Брюшину.
Июньское утро сверкало за окном - за спиной профессора. Дождь лил ночь
напролет. Светило солнце, а с деревьев еще капало.
- ... Эт-та что такое?! - шепотом спросил Ямщиков.
- Соединительная ткань, - пискнула Ира.
- У, академик... Поди сюда. Слушай. Никого к больному не допускать!
НИКОГО! Сма-атри...
- Посмотрю, Иван Иваныч, - пропищала Ира. По ее лицу было видно -
умрет, никого не пустит...
Ямщиков стремительной носорожьей побежкой покатился к административному
корпусу и через минуту был в кабинете профессора Потосова, директора
Института Скорой помощи.
- Дорогому гостю! - удивленно пропел директор.
Ямщиков пренебрег его удивлением и спросил:
- Смотрел вчерашние операции?
- Пока администрирую. Что? Были происшествия?
- Происшествия? Зачем же?.. Были операции... - отвечал Ямщиков. -
Поинтересуйся, - и положил на стол тетрадочку - историю болезни.
Черные, по-восточному изогнутые брови профессора Потосова полезли вверх
и согнулись, как вопросительные знаки.
- Довезли из Караваева?! - воскликнул директор.
- Так точно. Я прооперировал.
- Печень?